Читать книгу - "Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5 - Сергей Изуграфов"

мог, к примеру, гулять ночью по улице с этой гитарой в руке, без чехла? Скажем, взять гитару, оставив футляр в номере, и пойти с ней ночью, в темноте, на соседнюю улицу? Чтобы устроить импровизированный концерт для друзей? — спросил Смолев.

— Нет, — рассмеялся мастер, покачав головой. — Исключено! Если он был в своем уме, то он этого никогда бы не сделал. Обязательно взял бы гитару в футляре. Поймите, такого уровня инструменты хранятся бережно десятилетиями, их достают из футляра, чтобы порепетировать или выступить на концерте, и немедленно убирают обратно. Ну, и все-таки, про стоимость тоже не будем забывать!

— Ясно, — сказал Смолев. — Ну что же, спасибо вам огромное, Дмитрий, вы нам очень помогли!

И прежде чем сеанс видеосвязи прервался, Алекс увидел, как Петровский в прощальном и узнаваемом жесте интернациональных бригад вскинул руку со сжатым кулаком.

Они не пройдут, старшина, это точно, подумал Смолев, сидя у погасшего экрана. Сколько бы их ни было. Я им не позволю. Не дам ни единого шанса!

Часть тринадцатая

Ноты в музыке — это не главное. Главное — правильно их расставить.

Из одной современной пьесы

— Боже мой, Александр, как же так?! Какое горе! Это просто ужасно! — заплаканное лицо Ирины Петровской, с покрасневшими и опухшими глазами, время от времени словно расплывалось в бесформенное белесое пятно на экране рабочего ноутбука Смолева. С самого утра на линии были помехи. — Мне Игорь сказал вчера, я прорыдала всю ночь!.. Бедный мальчик! Такой талант, такой музыкант! Какая несправедливость! Кому он помешал?..

— Именно это мы сейчас и пытаемся выяснить, — ответил Смолев, стараясь говорить спокойно, хотя у него самого, как только начался очередной сеанс связи по скайпу с Петербургом, в горле возник давящий колючий комок, и Алекс, сколько ни кашлял в кулак, никак не мог от него избавиться. — Нам во что бы то ни стало надо найти убийцу. Пропала еще одна девушка. Поэтому у нас очень мало времени. Я был бы вам очень благодарен, если бы вы смогли нам помочь!

— Я? Конечно, я… Все, что смогу! Но что? Алло? Александр?

Интернет работал с перебоями, изображение время от времени подвисало, а звук искажался и пропадал. Осенью на острове это было частым явлением. Алекс дождался, пока связь снова наладится и, стараясь говорить медленно и четко, произнес в микрофон:

— Ирина, я на ваш электронный адрес выслал полчаса назад все записи Пабло, что обнаружил в его номере. Мы отсканировали все, что было, до листочка. Больше ничего не нашли. Ни записки, ни дневника. Там только ноты. Несколько страниц исписаны и исчерканы. Может быть, это что-то значит. А возможно — и ничего. Я не музыкант, и мне очень сложно понять, что важно, что нет. Там ноты и цифры. Помогите разобраться! Алло! Вы меня слышите?

— Да, да, Александр, все поняла! Я сейчас же, немедленно, все посмотрю, подождите, — быстро взяла себя в руки Петровская. — Я с утра еще не проверяла свою электронную почту… Не отключайтесь! Дайте мне буквально несколько минут!..

Алекс кивнул в глазок видеокамеры, встал из-за стола и повернулся лицом к балкону. За окном серебристой листвой умиротворяюще шелестел платан. Время шло к обеду. Скоро должны были уже вернуться с пляжа Стефания и Тереза с близнецами. Нужно было поторапливаться. Не оборачиваясь, сквозь шуршание помех на линии, Алекс слышал, как Ирина бегает пальцами по клавиатуре, потом настойчиво застрекотал принтер… Смолев невесело вздохнул, снова взял со стола заключение экспертов по восьмому номеру и еще раз внимательно перечитал его.

И чего же я не вижу? — тоскливо подумал он. Здесь что-то есть, я чувствую, что есть, но не вижу! Но что? Эх, парень, парень!.. Задал же ты нам задачку…

Восьмой номер, куда они с Софьей поселили гитариста, Алекс обследовал очень тщательно, не упуская ничего. Две вещи, что он обнаружил, заставили его задуматься. Первая — ноты, разбросанные в беспорядке по столу, словно в них кто-то рылся… Вторая — тот самый футляр от гитары, не дававший Смолеву покоя. Чертов футляр! Он валялся посреди номера: прочный кейс из дерева, обтянутый толстой черной кожей, с блестящими металлическими застежками, выстланный внутри черным бархатом, раскрытый настежь. Ни порезов, ни потайных отделений, ни секретов. Только внутренний карман для нот. Пустой. Гитару Пабло временно изъяла полиция на экспертизу. Хорошо хоть фото прислали, было что отправить Петровскому… Смолев покачал головой и снова, в десятый раз, принялся перечитывать копию экспертного заключения, что по распоряжению Антонидиса эксперты оставили для владельца «Афродиты» на столе в номере испанца.

«Футляр для гитары, предмет номер три. Фото прилагаются. Дактилоскопическое исследование предмета номер три показало, что отпечатки пальцев отсутствуют и на пластиковой ручке, и на хромированных застежках, и на самом теле футляра…».

Как такое может быть? — мысленно недоумевал Алекс. Сегодня с этими отпечатками просто загадка на загадке. Но здесь — совсем какая-то нелепость. Это могло означать только одно: преступник самым тщательным образом протер «предмет номер три», стерев с него все отпечатки: и свои, и чужие. Если бы он был в перчатках, то ему не понадобилось бы стирать отпечатки. В таком случае остались бы следы пальцев самого музыканта. Они уж точно сохранились бы и на ручке, и на трех блестящих металлических замках, и на крышке футляра, — ведь Пабло постоянно прикасался к нему. А здесь — ничего!

Все-таки, я не верю, что Пабло отправился ночью в амфитеатр без кейса, подумал Смолев, наблюдая, как небольшая птица, свившая гнездо в ветвях платана, то и дело ныряла вниз, к земле, в поисках строительного материала за очередной веточкой. Смолев покачал головой. Нет, не пошел бы. Пожалел бы инструмент. Даже не в этом дело: гитарист взял бы гитару с собой в футляре, он сделал бы это не задумываясь, на подсознательном уровне, как говорится, «на автомате». Так поступил бы любой музыкант со своим инструментом. Да, именно так! Что же получается? Попробуем представить, как все было…

Алекс прикрыл глаза. Итак! Убийца стреляет в гитариста с верхнего ряда, дважды попадает в сердце. Точность удивительная. Настоящий снайпер! Как он это делает в полной темноте — вот вопрос! Но отложим пока его на потом, будем держать в уме… Итак, как-то стреляет. И попадает. Быстро спускается к сцене и производит еще один контрольный выстрел — в затылок. Работа сделана, можно уходить. Но дальше начинаются загадки: после убийства испанца преступник зачем-то взял футляр. Именно его, а не гитару. Зачем? Почему?

Алекс вздохнул и открыл глаза. Пестрая птица принесла